Заповедник — наилучшая форма охраны дикой фауны. Это определенная территория, которая на века закрыта для всех видов человеческой деятельности, кроме научной (но только если и она никак не вредит этому замкнутому мирку). Заповедник не просто островок девственной природы, а ее эталон, хранилище генетического фонда растительных и животных организмов, природная лаборатория, памятник природных ландшафтов.

Сейчас не может быть речи о каких-то участках, которые в первую очередь должны стать заповедниками. ПроАлышленное освоение затронуло всю громадную территорию РСФСР, коснулось всех ее природных зон. Между тем от Урала до Тихого океана находится всего шесть заповедников. Очень мало! Даже Крайний Север нуждается в активной опеке. Начало этому положено—объявлены заповедными небольшие архипелаги в Баренцевом и Белом морях. Нуждается в охране весь Таймыр: его уникальная популяция дикого северного оленя, редкие птицы, в первую очередь краснозобая казарка и полярный лебедь, и, конечно, сами ландшафты Крайнего Севера.

В заповедные имеет смысл превратить и другие места нашей страны. Так, около знаменитой Кунгурской ледяной пещеры раскинулось урочище «Предуралье», Здесь сохранилось обнажение, когда-то бывшее дном пермского моря, хранящее множество отпечатков животных и растений этого периода геологической истории Земли. Или образец западносибирской равнинной тайги— бассейн реки Малой Сосьвы, где еще, не тронуты лесные массивы, их дикие обитатели, где в реках нерестится прославленная сосьвинская селедка. Необходимо восстановить Саянский заповедник, в районе которого обитает самая крупная раса дикого северного оленя. Нет пока заповедника и в западносибирской степи и лесостепи. Между тем только Барабинские степи по своей площади превышают общую территорию Бельгии, Дании и Голландии. До сих почва ухудшаться, если там будет гореть лес, если в пищу животных попадут ядохимикаты. Необходимо комплексно охранять заповедные и заказные территории — в этом смысл заповеди.

Не выполняют своего охранного предназначения многие зеленые зоны. Они не выдерживают воскресных прогулок отдыхающих, буквально нашествий. Не лучше ли превратить их в национальные парки? Проложить дорожки, отвести специальные площадки для отдыха, прогулок и зоны, запретные для посещения. Так удастся сохранить в нынешних зеленых поясах зелень, диких животных и птиц, Конечно, им ке будет в них так же привольно, как в заповедниках. Но национальный парк и не преследует заповедных целей, это компромиссный вариант наших взаимоотношений с дикой фауной, оберегающий ее от многих неприятностей.

Животный мир до вмешательства людей самостоятельно регулировал численность своих отдельных видов. Теперь это нарушено, и человек-нарушитель должен осмыслить свое вмешательство —управлять дикой фауной на научной основе. Например, в свое время безоглядно уничтожали хищников. В Норвегии почти полностью вывели ястребов, но численность белых куропаток все равно не увеличивалась. То же самое произошло во многих охотничьих хозяйствах нашей страны, где без удержу отстреливали волков. Их стало меньше, но многие животные—лоси, олени—стали болеть и гибнуть, потому что не стало волков, которые выполняли обязанности санитаров.

угодья.

Бобр был почти полностью уничтожен. В Воронежском заповеднике сумели создать небольшую ферму бобров, и сейчас их в стране 70 тысяч. На сайгаков — степных антилоп — в Астраханской области и Казахстане   запретили   охоту.   Теперь   поголовье этого вида составляет 2 миллиона. В 1918 году один из московских профессоров сказал, что вот, мол, последние лоси доживают свой век в Европе. В наши дни только в Московской области гуляет 9 тысяч лосей, В   1929   году   в   лесах   Лапландии   паслось 99   северных   оленей.   Сегодня   в   Лапландском заповеднике их 30 тысяч.

Список спасенных можно было бы продолжить. Но уже появился другой список, включающий около 70 видов, которые нуждаются в помощи человека: уссурийский тигр, белый медведь, красный волк, гепард, лесной северный олень и т. д.

Выделение земли под заказник не означает только лишь запрет на отстрел того или иного вида. На зверей и птиц плохо действует рубка леса, шум транспорта, песни туристов. Животные покидают насиженные места, переселяются в другие, где им не хватает корма. Организованные и неорганизованные туристы проникают даже в заповедники, скажем, в Ильменский.

Казалось бы, такая мера, как запрет охоты, не может принэсти вреда. В середине 50-х годов в Приамурье по этой причине непомерно расплодились лоси, среди них оказалось много больных, которые способствовали быстрому распространению болезни. Эпидемия эхинококка широко распространилась. В результате численность лосей резко сократилась. Известны случаи, когда недостаточно интенсивно охотились на ондатру, и она в этих местах стала вырождаться из-за недостатка корма и болезней. На Дальнем Востоке запрещена охота на подсвинков кабана. Но они и так гибнут после отстрела взрослых особей, отстрела, который разрешен законом. Так что любые воздействия на дикую фауну необходимо тщательно продумывать.

 В ряде зарубежных стран, например, в Болгарии, существуют государственные органы, ведающие охраной природы и животного мира. А он необходим, потому что сегодня охрана природы и в том числе диких животных — это дело государственной важности. Большую, можно сказать, подвижническую работу проводит Всероссийское общество охраны природы, его различные подразделения.