Мы миновали столицу Уганды Кампалу и выехали на Джинжароуд. Через пятьдесят миль подъезжаем к Джинже, к истокам Нила. Чуть выше огромной плотины, перегородившей Нил, на берегу стоит мемориальная доска, рассказывающая, что здесь в 1862 году путешественником Спиком были открыты истоки Нила. Тогда это было нашумевшее открытие. А теперь… теперь между учеными разных стран идут споры, что считать истоками Нила. Вот эту точку водопада Рипон, где огромная полно,-водная река вытекает из гигантского озера Виктория, или истоки одной из рек, впадающих, в озеро Виктория. Почему-то такие споры ведутся только вокруг Нила. Этих же ученых мало беспокоит, что истоком Невы .мы считаем Ладожское озеро, а не Онежское; что Ангара начинается там, где она вытекает из Байкала, а не у истоков, допустим, Селенги. Мне эти споры кажутся совершенно непринципиальными и ненужными.

Сейчас в Восточной Африке стоит сухой период. Но здесь, около берегов Виктории, это не чувствуется, Буйная сочная зелень стеной окружает дорогу. Банановые плантации сменяются зарослями сахарного тростника. Асфальтовая дорога позволяет нашей  колонне двигаться  единой  группой.,,

Дша дня мы простояли лагерем неподалеку от города Мбале. Часть экспедиции проводила обследование горы Элгон, а геохимики Герасимовский и Поляков вместе с вулканологом Красновым уехали на север, в Карамоджу. Лагерь привлек внимание окрестного населения. Вокруг нас все время толпился народ, некоторые принесли на продажу бананы, папайю, овощи, другие просто с любопытством разглядывают нас. В первый же день пришел местный вождь и принес курицу, которую мне торжественно  передали  во  время  ужина.

Из Мороты мы выехали на «джипе», оставив дома шоферов и рабочих. Нам предстояло осмотреть район старого вулкана, находящегося в пятидесяти милях к юго-западу от города. Ровная грейдерная дорога пересекала саванну, покрытую клочками выгоревшей травы. Часто на обочине дороги мы видели карамоджийцев. Здешние мужчины пренебрегают Одеждой. Они не надевают даже набедренных повязок. Многие из них постоянно носят с собой маленький трехногий стул, на который садятся, встретив знакомых и остановившись для беседы. Любители комфорта несут с собой еще маленьк/ю подпорку, что-то вроде очень короткого костыля. Он позволяет полувозлежать, сидя на маленькой табуретке и облокотившись на подпорку одной рукой. Цвет кожи у карамоджийцев не очень темный, скорее красновато-коричневый. Телосложение не совсем правильное. По-видимому, это следы частого недоедания. Многие мужчины носят ассирийские бородки, нижнюю губу украшают довольно странным образом: в разрез на нижней губе вставляют камень, стеклянную трубочку или металлический стержень. Карамоджий-цы очень не любят фотографироваться. Об этом   нас   специально   предупредили,

Одна из самых острых проблем здесь— вода в сухой период года. Правительство стреммтся утолить голод на воду, пробуривая отдельные скважины и оборудуя их примитивными насосами. Иногда такой источник воды бывает единственным на десятки километров вокруг. Мы часто видели вереницы женщин, которые «если воду из скважин.

Мы остановились у высокой скалы. Отсюда надо было пешком пробираться к выходам горных пород. В этот день я неважно чувствовал себя — по-видимому, была реакция на прививку оспы, — и поэтому остался дежурить в машине, когда все остальные ушли в маршрут. Я поставил машину в тень под большой акацией и стал наблюдать за проходящими по дороге. Иногда это были группы карамоджийцев по десять— двенадцать человек, вооруженные копьями. Один    раз  через дорогу буквально проскользнул отряд в шесть воинов, вооруженных копьями. Они шли быстрым пружинистым шагом через заросли, по едва заметной тропинке. Мне даже почудилось, что идут они с недобрыми намерениями, но на меня и на машину они не обратили совершенно никакого внимания.

На следующий день мы направились на запад страны с целью достичь долины Нила на границе с Суданом. Мы выбрали малопроезжую дорогу, рассчитывая, что сейчас, в сухой период года, проехать можно практически всюду.

С Карамодже почти нет диких зверей. Мы проехали несколько сот миль и встретили только несколько страусов, десяток антилоп дик-дик да семейство кабанов.

Пейзаж меняется по мере того, как мы приближаемся к горам. Саванна становится зеленее, вот уже появились веерные пальмы, возле самых гор на дороге заблестели лужи — свидетельницы недавно прошедшего дождя. Чаще попадаются деревни, изменился облик африканцев, встречающихся на дороге: женщины одеты в цветастые наряды, их вид свидетельствует о большей зажиточности. Появляются банановые плантации. Мы не проехали и сотни миль, а страна резко изменилась. Поистине, Кара-моджа — это богом проклятое место. Правительству Уганды предстоит многое сделать, чтобы условия жизни там стали более нормальными.