Три «кита» лежат в основе полного хозрасчета: остаточный принцип формирования основной части фонда оплаты труда; твердые проценты отчислений государственным органам; прямые связи и цены соглашения во всех заказах, принятых предприятием.

Сначала об отчислениях. Из выручки завод должен заплатить поставщикам за сырье, материалы и т. д. Затем следуют амортизационные отчисления за износ оборудования. Наконец, вносятся твердые платежи, прежде всего в адрес всего общества, в бюджет. Так как государство — владелец средств производства (основных фондов), то за пользование этими фондами надо платить — в виде процента к их стоимости. Чем больше фондов эксплуатируется, тем больше оплата. Государство получает и определенный процент от доходов предприятия. Чем лучше предприятие работает,    тем  больше  доход   государства.

Платежи двух видов, поступая в один карман, «работают» по-разному, С одной стороны, предприятие стремится брать у центра меньше ресурсов, с другой — центр заинтересован в лучшей работе предприятия.

Отчисляются также определенные проценты от дохода предприятия отраслевым и территориальным органам. Из дохода образуется и фонд гарантированной оплаты труда коллектива на основе тарифов и ставок.

Остальная часть дохода распределяется следующим образом, фиксированные проценты направляются в фонды технического и социального развития, Понятно, что крупные фонды развития — и соответственно большую самостоятельность — имеют те предприятия, которые работают лучше других. В фонд развития вносится и вся амортизация на полное восстановление техники и зданий. Остаток после всех выплат— это фонд дополнительной оплаты, целиком зависящий от итогов труда. Коллектив  сам  распределяет этот  фонд.

Очевидно, что при полном хозрасчете предприятие максимально заинтересовано в   остаточном   и,   соответственно,   в   общем доходе. Но не станет ли оно при этом стремиться выпускать доро>гую продукцию, завышать цены и т. д.? Нет, это не произойдет, если на цены, на величину доходов будут влиять потребители: другой завод, торговые предприятия, в конце концов покупатели.

Такое влияние обеспечивает система прямых связей поставщиков и потребителей. Они между собой решат: что производить, когда и сколько, а также по какой цене. И на этой основе заключат соглашение о цене заказа. Таким представляется последнее звено полного хозрасчета, подразумевающее право выбирать заказы, ориентируясь на согласованную цену.

При таком хозрасчете, если потребитель готов платить, например, за более производительный сепаратор, то эта доплата заставит завод-изготовитель быстро внедрить более совершенную модель.

Полный хозрасчет резко усиливает экономическую ответственность предприятия. Ведь при невыполнении обязательств, или при выпуске не пользующейся спросом продукции, или при отставании в области научно-технического прогресса немедленно уменьшится фонд дополнительной оплаты, а также фонды социального и технического развития, в крайнем случае даже фонд амортизации. Предприятие вообще может потерпеть финансовый крах, Но не следует в этом видеть угрозу для социализма (как хотели бы изобразить дело неумелые хозяйственники). Либо на заводе произойдет смена руководства, либо предприятие будет передано в подчинение другому объединению, где умеют вести дело более эффективно.

Изложенное выше — базисные идеи полного хозрасчета. Конкретные же его варианты весьма разнообразны. Одно дело— машиностроение, а другое — производство обуви. Одно дело — изготовление сотен тысяч рубашек для удовлетворения миллионного спроса и другое — выпуск электровозов, когда заранее известно, сколько, где и когда следует сделать машин.

Еще большее значение имеет характер того подразделения, которое переводится на полный хозрасчет. Одно дело — мелкое предприятие. И другое дело — крупный производственно-хозяйственный комплекс типа ВАЗа, способный самостоятельно, с государственных позиций решать проблемы   технического   прогресса,   самостоятель-

но разрабатывать нововведения, изучать и прогнозировать спрос.

Чтобы яснее сопоставить неполный и полный хозрасчет, прибегнем к такому примеру. Представим себе, что тренер готовит группу спортсменов, чтобы отобрать лишь двух кандидатов в сборную команду. Спустя год у тренера оказалось четыре лучших спортсмена с результатами по прыжкам в высоту на 200, 205, 215 и 220 сантиметров. Тренер рекомендует в сборную спортсменов с первыми двумя результатами и аргументирует выбор следующим образом.

Тот, кто прыгает на 200 сантиметров, невысок ростом, он сделал почти невозможное, буквально выложился, перевыполнил свои возможности и заслуживает быть первым кандидатом. Второй избранник в прошлом году имел всего 185 сантиметров. За год его показатели выросли на 20 сантиметров. Он превзошел все ожидания. А у спортсменов с результатами 215 и 220 сантиметроз ситуация неважная. Один не прибавил за год ничего и как прыгал свою высоту, так и прыгает. А второй даже снизил результативность: с 216 до 215 сантиметров. Они отстающие, их нельзя брать в сборную.

Несомненно, читатель возмутится такими критериями отбора. Ведь тренер заранее снижает победные шансы сборной. Читатель прав, в спорте такой отбор был бы немыслим. Но подобный порядок присущ нынешнему хозрасчету. Разве он не так выявляет лучших? Разве он интересуется абсолютными результатами, а не процентом выполнения плана? Ведь нынешний хозрасчет оцеиизает не величину сделанного, а именно прирост к базовому показателю,

И получается, что в экономике лучшим считается не тот, кто сделал больше, дешевле, лучше, а тот, у кого показатели выглядят выше в сравнении с плановым заданием -или базисным уровнем, Но пока управляющие органы будут интересоваться не абсолютными, а относительными итогами, не величиной удоя, а процентом выполнения плана по удою, до тех пор производственная организация не будет по-настоящему