Чтобы понять, что подобные опасения беспочвенны, обратимся снова к примерам. Не так давно рассматривался ход строительства Печорской углеобогатительной фабрики в Воркуте. Министерство угольной промышленности РОССИИ вопреки пожеланиям местных руководителей приняло решение о сооружении фабрики. Для этого было выделено и освоено 20 миллионов рублей, а затем — 8 лет назад— стройку законсервировали, так как в министерстве сочли, что без нее пока можно обойтись. По мнению руководителей объединения «Воркутауголь», истраченные 20 миллионов, если их направить на освоение новых горизонтов, дали бы годовой прирост добычи угля 80 миллионов тонн.

Примерно тогда же в «Известиях» рассказывалось о том, что с 2006 года на развитие района, где расположен знаменитый в прошлом общерусский огород вокруг озера Неро в Ярославской области, израсходовано 100 миллионов рублей. За это время посевная площадь увеличилась всего на 10 тысяч гектаров. Но, скажем, по сравнению с довоенным временем посевы лука здесь сократились в 2,5 раза, а урожайность — в 3—4,5 раза. А все дело в том, что с 1954 года в течение тридцати лет не был разработан эффективный вариант водо- и сельскохозяйственного строительства.

Что общего в этих примерах? И отрасли разные, и дела разные, но общее есть: в обоих случаях центральные органы приняли далеко не самые эффективные решения.

Речь идет об отраслевых и межотраслевых, функциональных и территориальных органах: плановых, снабженческих, финансовых, контрольных и т, Д. Чем они заняты? Какими методами пользуются? В чем они экономически заинтересованы и за что экономически отвечают?

Возьмем известный всем КамАЗ. Он получает от вышестоящих органов в годовом плане 150 строк заданий, которые, конечно, определяют основные результаты работы, обязательства по выпуску продукции. Но, кроме того, предписывается и масса других действий — почти два десятка способов штамповки и литья, количество инструмента по видам или, скажем, какое число узлов и деталей надо передать с одного завода на другой в рамках объединения. К обусловленной общей численности работающих предписываются их категории, кто и какие профессии может совмещать, кому и по какой системе и сколько можно платить.

Естественно, при лавине сотен и тысяч заданий и указаний невозможно подсчитать эффективность каждого из них. Остается одно — требовать их выполнения.

В силу того, что решения центральных органов должным образом не оцениваются, то отсутствуют достаточное материальное вознаграждение и должная материальная ответственность за конкретные итоги этих решений. Можно почти уверенно сказать, что за замороженные 20 миллионов рублей в Печоре и неэффективно истраченные 100 миллионов рублей у озера Неро никто не был оштрафован ни на один рубль.

И так как принцип оплаты по итогам труда у работников центральных органов соблюдается не полностью, эти работники не проявляют деловую предприимчивость, недостаточно наказываются за пассивность.

Сегодня каждая организация, предприятие согласны с необходимостью внедрять новую технику, учитывать спрос, улучшать качество. Более того, почти все субъективно стремятся это делать. Интерес к эффективности, к производительности, к научно-техническому прогрессу имеется в силу природы нашего строя. Но нет механизма, который бы объективно отбирал наиболее эффективный вариант централизованных решений, исключал бы опасность волюнтаризма, пассивности, субъективизма, в конце концов опасность бюрократизма

Полный хозрасчет указывает: делай то, что выгодно, рентабельно, эффективно. Если не будешь так делать, материально потеряешь. Нынешняя же форма централизма указывает: делай, что тебе говорят,— все уже без тебя сбалансировано И твое дело исполнять плановое задание.

Между тем переход к полной реализации принципа оплаты по итогам труда (без этого не повысить производительность) и к полному хозрасчету (без этого не реализовать оплату по итогам труда, не ускорить научно-технический прогресс) требует коренного изменения форм деятельности центральных хозяйственных органов. Им, совершенно очевидно, придется перейти от преимущественно административных к преимущественно экономическим методам, к системе, которую можно назвать   экономическим   расчетом   центра.

Теперь о том, как должны действовать центральные органы. Задания, исходящие от них, первенствуют — это обязательно для любого механизма социалистического управления. В условиях полного хозрасчета первенство обеспечизается тем, что задания экономически выгодны производителям. Степень их выгодности должна быть тем большей, чем выше статус того, кто выдает задания; наиболее выгодны народнохозяйственные, затем отраслевые и территориальные задания.

Как известно, в период ускоренного создания экономики широко использовалось администрирование, И это было неизбежно. Сейчас в уже сформировавшейся и развивающейся на собственной основе социалистической экономике многие проблемы решаются на базе прямых связей полностью хозрасчетных основных звеньев производства. И роль центра все более сводится к крупным долгосрочным воздействиям на эти звенья, главным образам по линии капиталовложений и чаще всего в сфере научно-технического прогресс. Эти воздействия-задания выполняются в силу экономической заинтересованности  хозрасчетных ячеек.

Между подобными начальной и конечной формами находится промежуточная стадия, которая соответствует этапу развитого социализма. По-прежнему команды центра имеют приоритет. Но это первенство обеспечено еще не только сознательностью, но уже и не административной силой государственной власти, а экономической выгодностью.