Насколько мне известно, еще в 1968 г. известный советский хирург, врач и писатель Н. М. Амосов отметил: «Я думаю, что логика здесь простая, если жизнь — это деятельность мозга, то какие могут быть сомнения? Конечно, хорошо, когда мозг живет вместе с телом и получает от него радости, но если это невозможно, то лучше один мозг, чем смерть. Конечно, только для людей с развитым интеллектом, для которых радости мышления и творчества занимают главное место в балансе удовольствий. Когда я говорю о мозге, то я имею в виду голову. Это проще и целесообразнее, так как глаза и уши позволяют подвести к мозгу информацию, а речь — передать собственную. Решать вопрос, жить мозгу или нет, должен сам мозг, и никто другой. А то, что голова без тела выглядит странно, так к любой странности можно привыкнуть. В конце концов к голове можно приделать протез тела, и даже с управлением от самого мозга…»

То, что казалось в 20-х годах фантазией, спустя 40 лет серьезно обсуждалось и казалось, что становится почти реальностью. Действительно ответ прост: мозг должен решать — жить ему или не жить. Медик. Это кажущаяся простота. Как стало ясно в последнее время, наш мозг — это прежде всего проточный биохимический реактор! функционирование которого происходит на основе автоволновых (колебательных) реакций, идущих в различных частях организма. Подвижность процессов в Таком реакторе зависит от внутренней среды мозга и от поступления субстратов биохимических реакций извне. Успехи нейрофармакологии показывают, что диапазон принимаемых мозгом решений сильно зависит от того, какие вещества и в каком количестве поступают в него. При одной и той же ситуации мозг может принять положительное или отрицательное решение в зависимости от его внутреннего биохимического наполнения. Но тогда какой его ответ считать истинным? В каком состоянии должен находиться мозг больного, чтобы принимать его ответы во внимание? По-видимому, больной мозг не может навязывать свое решение окружающим, и им должно быть предоставлено право самим взвесить все «за» и «против» и составить собственное мнение. Но кто может и кто должен взять на себя ответственность и сделать окончательный вывод, исходя из всех аргументов?

Сравнительно недавно удалось получить ряд синтетических энкефа-линов, влияние которых отличается более высокой эффективностью, чем действие нейронептидов, вырабатываемых организмом. Широко исследуются также вещества болетворного и паралитического действия, которые также содержатся в небольших количествах и.ли синтезируются в определенных условиях в нашем организме. Однако в больших количествах они содержатся в выделениях некоторых растений, насекомых, рыб, змей. Эти вещества способны изменять поведение человека, вызывать болевой стресс, агрессивность, даже шок и паралич. С другой стороны, существуют вещества, подавляю дие возбуждение, делающие человека вялым, безвольным, сонливым. Короче говоря, я хотел только подчеркнуть, насколько наш мозг уязвим и как легко трансформируется наше поведение под влиянием внешних условий или болезни.

Священник. К таким причинам, которые лишают жизнь смысла, принадлежит не только страдание и сама смертность человека — страх смерти. Мимолетность нашего существования, несомненно, создает бессмысленность плотской жизни. Но она же формирует нашу ответственность, так как все зависит от реализации временных возможностей. Человек постоянно делает выбор из массы существующих возможностей, решая, которая из них будет обречена на несуществование, а какая будет реализована.

Что касается юридической практики, то учет возможных отклонений в деятельности мозга давно положен в ее основу. Когда в присутствии нотариуса писались завещания о наследстве, то они всегда начинались со слов: «Находясь в здравом уме и твердой памяти, завещаю…». Человек с необратимо погибшим мозгом не может считаться личностью. Жизнь индивидуума справедливо отождествляется с жизнью его мозга, его сознания.

Историк. В свете рассматриваемых проблем жизни и смерти естественно возникает вопрос о правомерности лишения жизни из милосердия. Моральный аспект этой проблемы неоднократно поднимался в мировой философской литературе разных эпох. Описано немало случаев убийства тяжелораненого или больного по ею просьбе, чтобы избавить от мучений.

Через каждую неделю представители вновь собирались вместе, чтобы в рамках семинара обсудить изменения, которые они ввели у себя в подразделениях. В результате все служащие знали об этом и имели время приспособиться к изменившимся условиям, чтобы сформировать новые неформальные структуры в своих коллективах. Этот случай формирования направленной динамики изменений — перекомпоновки коллективов — является классическим примером восстановления конкурентоспособности компаний. Наши промышленные предприятия по мере расширения рыночных и конкурентных отношений могут прийти к таким же формам    перестройки    своей    работы.

Однако методы психоанализа оказались малоперспективными. Далее широко использовались аналогии с поведением коллективных животных. Такие исследования позволяли провести разбиение людей по группам на основе описания их взаимодействий. Количество групп менялось от 4 до 30 в зависимости от признаков, которые авторы использовали для классификации. Учение И. П. Павлова об условных рефлексах оказало сильное влияние на стремление к изучению материальной основы сознания — мозга. Во второй половине XX в. произошло смещение исследований в область нейрофизиологии и биохимии мозга и изучения поведения людей с помощью различных объективных физических и химических средств и методов. Наконец, последняя четверть XX в. поставила на повестку дня полную расшифровку генетической программы, записанной на ДНК человека. Успехи генетики и генной инженерии вселили оптимизм в исследователей. Появилась надежда, что если расшифровать все 100 тыс. генов человека, то станет ясной и его психическая сущность.

Эти попытки познать свой внутренний мир были продиктованы не только врожденной любознательностью человека, но и практическими потребностями медицины, истории, социологии, экономики, политики. Сегодня практических задач, требующих этих знаний, очень много. Возрастает количество разводов, разрушаются семьи. Растет количество конфликтных ситуаций на производстве, по опросам более 10% людей считают, что они ошиблись в выборе профессии. Увеличивается число психических расстройств.